Get the Flash Player to see this player
 

105 MБ
8 мин : 14 сек
1920 x 1072
28 фев 2015



Одобряю
Запомнить
Текущий кадр





Сергей Гладыр - На Край Земли HD+BONUS 7523-2015

Альбом евро-пОп культура RU (298 видео)

Рыцари Белого Креста в России
Императрица Екатерина II вскоре после вступления на престол, а именно в 1764 году, поручает своему посланнику в Вене, князю Д.А. Голицыну, подобрать мальтийского рыцаря, сведущего в строительстве и управлении галерами. Позднее на обучение к мальтийским рыцарям были направлены русские военные моряки, которые провели там несколько лет. Среди них - Козлянинов, Селифантов, Скуратов, Мосолов, Коковцев, Рогозин.

Несмотря на активность русского флота в Средиземном море во время русско-турецкой войны, Россия не проявляла особого интереса к Мальте. Правда, можно говорить об установлении дипломатических связей с Мальтой в январе 1770 года. Тогда там появляется первый поверенный в делах маркиз Кавалькабо. При представлении Великому магистру Пинто маркиз Кавалькабо передал сразу два письма от императрицы Екатерины II, в которых она просила оказать помощь эскадре Г.А. Спиридова и благодарила за прием офицеров на обучение.

Но мальтийцы отказались помогать русским против турок. Тем не менее самые разнообразные контакты продолжались. Был нанят на русскую службу граф Мазен. Граф А.Г. Орлов прислал Великому магистру ордена 86 пленных алжирцев для обмена на христиан, захваченных пиратами. Русские корабли заходили для ремонта на Мальту. Да и сам граф А.Г. Орлов в августе 1772 года инкогнито посетил Мальту.

Ж.Л. Девелли (J.L. de Velly). Портрет графов А.Г. Орлова-Чесменского и Г.Г. Орлова. Начало 1770-х годов
Ж.Л. Девелли. Портрет графов А.Г. Орлова-Чесменского
и Г.Г. Орлова. Начало 1770-х годов
Несмотря на отсутствие реального союза в войне против турок, отношение Великого магистра Пинто к России было настолько теплым, что он переодел свою гвардию на русский манер, а барабанщиков обучил барабанной дроби „по-московски".

При новом Великом магистре, которым 9 ноября 1775 года стал бальи Эммануил де Роган, отношения с Россией вновь обострились. Был арестован, а затем и уехал с Мальты русский поверенный Кавалькабо. Назначению нового Великий магистр противился. Но Екатерина II тем не менее назначила в 1783 году нового поверенного на Мальту. Им стал капитан второго ранга, кавалер ордена Святого Георгия IV степени Антонио Псаро.

Интерес русского правительства к Мальте был сформулирован в 1782 году в разработанном Коллегией иностранных дел „мнении касательно учреждений консулей". В этом документе перечислены „места, где нужно и полезно быть может учредить вновь консулей и вице-консулей". Двадцать шестым там числится Мальта, в связи с которой было сказано следующее: „Положение сего острова требует не столько по коммерческим, сколько по политическим резонам содержать в нем всегда поверенного человека, как то опытом последней с турками войны доказано".

По приезде капитана Псаро на Мальту 2 мая 1784 года произошел любопытный инцидент. Вице-канцлер Альмейда, сославшись на то, что Псаро не является кавалером ордена Святого Иоанна, рекомендовал ему не требовать формального признания. Псаро парировал тем, что показал белый эмалевый крест ордена Святого Георгия, которым он был награжден за храбрость, проявленную во время войны с турками 1768-1774 годов, и заметил, что этот военный орден теперь затмевает славу мальтийского в борьбе с турками. (Орден Святого Георгия был учрежден Екатериной II в 1769 году специально для награждения за храбрость.)

Через день после этого случая Великий магистр де Роган принял капитана Псаро. Пребывание капитана на Мальте было наполнено традиционными дипломатическими интригами, в которых он проявил достаточно ловкости.

Сначала Псаро занимался вопросами русских торговых судов на Средиземном море.В 1787 году он отправился встречать Екатерину II в Херсон, куда прибыла императрица, совершая свою поездку в Крым.

Великий магистр де Роган воспользовался этим случаем и послал Екатерине II подарок - пальмовую ветвь, украшенную искусственными цветами. Ее преподносили как „символ бессмертной славы и побед". Деятельность капитана Псаро была оценена достаточно высоко. Он получил в подарок золотую табакерку с портретом Великого магистра.

Князь Г. А. Потемкин Таврический
Князь Г.А. Потемкин Таврический
Императрица Екатерина II передала пальмовую ветвь князю Г.А. Потемкину. В ответном письме Великому магистру де Рогану она так объяснила свой поступок: „Я не могла лучше сделать, как вручить ее князю Потемкину-Таврическому, фельдмаршалу моих армий и предводителю моих морских сил на Черном море, оказавшему важные услуги не только своему отечеству, но и всему Христианству. Он поставил ее на корабле, носящем мой собственный флаг [видимо, имеется в виду императорский штандарт. - Г. В.]; это место назначило ей мое уважение к Вам и к славной корпорации, которой Вы управляете с таким отличием. Она послужит, кроме того, хорошим предзнаменованием для моего оружия".

В ответ на пальмовую ветвь, судя по всему, Екатерина II послала на Мальту свой парадный портрет в рост работы Д. Левицкого. Этот портрет поместили в Посольском зале во дворце Великого магистра, где он находится до сих пор. Дата портрета (1787) и известие, что после возвращения капитана Псаро на Мальту он передал Великому магистру де Рогану письмо от императрицы Екатерины II и подарок в большом деревянном ящике, дают основание предположить, что он и привез портрет.

Начавшаяся в 1787 году очередная русско-турецкая война (1787-1791) вновь поставила на повестку дня вопрос о наборе на Мальте опытных моряков для принятия их на русскую службу. Здесь случай и свел капитана Псаро с графом Джулио Литтой, которого судьба навсегда свяжет с Россией. Капитан Псаро в своем письме Екатерине II писал: „Я видел, что граф с жаром ухватился за этот случай отличиться". Можно предположить, что, кроме желания проявить военные доблести, графом Джулио Литтой двигали и романтические чувства. Хорошо известно, что в то время он был неравнодушен к графине Е.В. Скавронской, вдове посланника России в Неаполитанском королевстве.

Неизвестный художник. Портрет графа Юлия Помпеевича Литты (1754-1840). Конец XVIII - начало XIX в. Холст, масло
Неизвестный художник. Портрет
графа Юлия Помпеевича Литты
Служба графа Литты в России начиналась успешно. Он приближен ко двору императрицы, получает чин генерал-майора. За удачные действия против шведов на Балтийском море во главе легкой флотилии отмечен чином контрадмирала и знаком ордена Святого Георгия III степени. Вскоре фортуна отвернулась от него, его обвинили в ряде неудач русского флота и в 1791 году уволили. Однако возвращение на Мальту стало лишь эпизодом в его жизни. 13 апреля 1795 года Великий магистр назначил графа Литту посланником ко двору императрицы Екатерины II, которая приняла его 7 октября того же года. Впоследствии он возьмет русское подданство, женится на графине Е.В. Скавронской и, дослужившись до придворного чина обер-камергера и став членом Государственного совета, умрет в Петербурге в 1840 году.

Трудная международная ситуация, в которой находился Мальтийский орден после французской революции, осложняла и деятельность орденского посланника в Петербурге. Переговоры, которые он вел, в частности с целью укрепить положение ордена на подвластной России территории Польши, шли медленно, а после того, как орденский корабль напал на турецкий, шедший под русским флагом, были и вовсе прерваны. Новый период в отношениях между Россией и Мальтийским орденом приходится на краткое царствование императора Павла I. Смерть императрицы Екатерины в ноябре 1796 года положила конец враждебным отношениям матери с сыном. Хотя проявление былой вражды можно видеть во внутренней и внешней политике, осуществлявшейся императором с первого дня после своего восшествия на престол.

Возобновление переговоров между Россией и Мальтийским орденом, очевидно, связано с новыми идеями, которыми Павел I надеялся наполнить борьбу с распространением французской революции. 4 января 1797 года была подписана „Конвенция, заключенная с Державным Орденом Мальтийским и его Преимуществом Грос-Мейстером, - об установлении сего Ордена в России".

Текст Конвенции начинался словами:

„Его Величество Император Всероссийский с одной стороны, соизволяя изъявить знаменитому Ордену Мальтийскому Свое благоволение, внимание и уважение, и тем обеспечить, утвердить и распространить в Областях Своих заведение сего Ордена, существовавшее уже в Польше, а особливо в присоединенных ныне к Российской Державе Областях Польских, и желая также доставить собственным Своим подданным, кои могут быть приняты в Знаменитый Мальтийский орден, все выгоды, почести и преимущества от того проистекающие; а с другой стороны Державный Мальтийский Орден и Его Преимущество Грос-Мейстер с общего согласия условились постановить Конвенцию ".

Статья I гласила: „Его Величество Император Всероссийский, последуя Своему правосудию и во изъявление приязни и Высочайшего Своего благоволения к знаменитому Мальтийскому Ордену, признает за благо, подтверждает и ратификует за себя и Преемников Своих на вечныя времена, во всем пространстве и торжественнейшим образом заведение помянутаго Ордена в своих владениях ".
Статья II: „Его Величество Император жалует в собственность оному Ордену ежегодно по 300 тыс. Польских злотых ".
Статья V: „Великому Приорству в России состоять из сана Великаго Приорства и из десяти Командорств".

Специальными статьями (XXXII-XXXIV) был установлен особый мундир для великого приорства Российского и правила ношения его и знак ордена: „Великий Приор и Командоры только будут иметь право носить орденский крест на шее, а прочие Кавалеры должны носить малый крест в петлице. Почетные Кавалеры в России, то есть те, кто не доказав дворянства своего в Мальтийском ордене, получили позволение носить крест, называемый (di Divozione e di Grazia) Благочестия и Милости, должны носить малый крест в петлице; мундира же Великаго Российскаго Приорства им не употреблять без особеннаго на то позволения Его Императорскаго Величества и Преимущественнаго Грос-Мейстера".

И.Б. Лампи Старший. Портрет А.А. Безбородко
И.Б. Лампи Старший
Портрет А.А. Безбородко
Конвенция, учреждавшая Российское римско-католическое великое приорство, состояла из 37 основных и 4 сепаратных статей. 17 ноября 1797 года были подписаны Прибавочные статьи Конвенции, учреждавшие еще три командорства.

С российской стороны под Конвенцией стояли подписи: „ Графа Александра Безбородко, Действительного Тайнаго Советника перваго класса, Члена Совета, Главнаго Директора Почт и орденов Святаго Апостола Андрея Первозваннаго, Святаго Александра Невскаго и Святаго Владимира Большаго креста первой степени кавалера; и князя Александра Куракина Вице-Канцлера, Действительнаго Тайнаго Советника, Члена Совета, Действительнаго Камергера и орденов Святаго Апостола Андрея Первозваннаго, Святаго Александра Невскаго, Святыя Анны Большаго креста первой степени и Королевских Датских орденов Данеброга и Совершеннаго Союза кавалера". Со стороны Мальтийского ордена стояла подпись: „Юлия Рене Бальи Графа Литту, Кавалера Мальтийскаго, Ордена Большаго Креста, кавалера по праву Дворянства почетнаго языка Итальянскаго, Командора разных Командорств Военнаго ордена Св. Великомученника и Победоносца Георгия третьей степени, Польских: Белаго Орла и Св. Станислава кавалера, Российскаго флота Контр-Адмирала и Полномочнаго министра знаменитаго Ордена Мальтийскаго ".

Л. Гуттенбрунн. Портрет А.Б. Куракина
Л. Гуттенбрунн
Портрет А.Б. Куракина
Конвенция с Россией лишь частично компенсировала потери Мальтийского ордена, которые он понес от французской революции и продолжал нести. Все новые территории отходили к Франции (в частности, по кампоформиоскому договору 1797 года), и везде орден терял свою собственность и доходы. И уж тем более она не смогла защитить от надвигавшейся непосредственной угрозы самому острову.

На Мальту экземпляры Конвенции граф Литта отправил с кавалером ордена Рачинским, в Анконе его перехватывают французские кавалеристы. Захваченную дипломатическую почту переправляют в Милан, где находится штаб-квартира Наполеона. Наполеон направляет документы в Париж Директории, которая публикует их в газетах. Великий магистр ордена де Роган из них и узнает текст Конвенции.

11 июня 1797 года подписавшим Конвенцию уполномоченным приходится повторить этот акт. Новый курьер был более удачлив и благополучно доставил документы на Мальту. Но подписал их уже новый Великий магистр, так как 13 июля 1797 года, за два дня до прибытия курьера, де Роган умер. Его место занял единогласно избранный орденским капитулом Великий приор Бранденбурга Фердинанд фон Гомпеш.

Почти через месяц, 7 августа 1797 года, капитул ордена Святого Иоанна утвердил и ратифицировал Конвенцию. Совет ордена постановил предложить императору Павлу I титул протектора ордена. Объявить о ратификации Конвенции было поручено графу Литте, которого в награду за успешное завершение работы по ее подготовке назначили чрезвычайным послом Мальтийского ордена в Петербурге.

В начале ноября Рачинский вернулся в Россию и передал ратификационную грамоту. Вскоре после его возвращения, 17 ноября 1797 года, Конвенция о создании Российского римско-католического великого приорства была окончательно утверждена императором Павлом I. Он назначил принца Конде, эмигрировавшего из Франции после революции, Великим приором. Новым поверенным в делах при Великом магистре ордена стал Энтони О"Хара, доставивший конфирмованный текст Конвенции на Мальту.

Гаттенбергер. Посвящение Павла I в гроссмейстеры Мальтийского ордена. 1799. Эскиз медали
Гаттенбергер. Посвящение Павла I в
гроссмейстеры Мальтийского ордена
Въезд графа Литты в Петербург в качестве полномочного посла происходил торжественно, но не без некоторой театральности. Следует отметить, что обычно церемонии, которыми по указанию императора Павла I обставлялось все, что было связано с Мальтийским орденом, по сравнению с прочими дворцовыми церемониями выглядели театрально, иногда таинственно, с налетом рыцарской романтики.

Сначала графа Литту поселили в Гатчине, и лишь через некоторое время, 27 ноября 1797 года, ему было указано въехать в столицу. Вереница из четырех придворных карет и тридцати шести обыкновенных торжественно вступила в столицу Российской империи. Чрезвычайный посол ордена Святого Иоанна Иерусалимского сидел в карете вместе с сенатором князем Юсуповым и обер-церемониймейстером Валуевым.

На третий день, 29 ноября, его удостоили аудиенции у императора в Зимнем дворце. Проезд по городу до дворца обставили очень торжественно. Парадные придворные экипажи проезжали по улицам, по обеим сторонам которых были выстроены солдаты гвардейских полков. В Тронном зале император Павел I, облаченный в порфиру (мантию) и с короной на голове, принял графа Литту. На ступенях тронного места стояли придворные и высшее православное духовенство во главе с митрополитом Гавриилом и архиепископом Евгением Булгарисом. Граф Литта вошел в зал в сопровождении секретаря посольства и трех кавалеров. Они несли на подушках из золотой парчи часть десницы Иоанна Крестителя, знаки Мальтийского ордена для императора, его супруги и детей и изготовленную на Мальте специально для этого случая кольчугу. Сделав три глубоких поклона, граф Литта вручил верительную грамоту и произнес приветственную речь по-французски. После слов благодарности последовала просьба стать покровителем ордена Святого Иоанна Иерусалимского. В соответствии с церемониалом послу от имени государя ответил граф Ростопчин. Он сказал, что император Павел I готов оказывать поддержку и покровительство ордену.

С. Тончи. Портрет Ф.В. Ростопчина
С. Тончи. Портрет
Ф.В. Ростопчина
В завершении церемонии император принял от графа Литты привезенную кольчугу, взял с подушки цепь со знаком ордена Святого Иоанна Иерусалимского и надел ее на шею. После этого император прикрепил бант из черной ленты с белым финифтяным мальтийским крестом на левое плечо преклонившей перед ним колено императрицы. Затем к трону подошел великий князь Александр Павлович. На нем не было шпаги, так как его еще только должны были возвести в рыцарское достоинство. Он преклонил колено перед императором, который снял с себя корону и мантию, надел треугольную шляпу и трижды плашмя ударил обнаженной шпагой по левому плечу наследника престола. Вслед за этим император вручил ему шпагу как знак рыцарского достоинства, возложил на него знак Мальтийского ордена Большого креста и трижды поцеловал в знак принятия его в орденское братство. Вероятно, в этот момент осуществились мечты Павла I, навеянные его любимой книгой „История ордена Святого Иоанна Иерусалимского" аббата Верто (издана в 1724 году), с детства развивавшей в нем романтические черты характера. На этом аудиенция в Тронном зале была закончена и графа Литту проводили в зал, где его ждали великий князь Константин Павлович и великие княжны. Им он поднес на подушке из золотой парчи кавалерские знаки Мальтийского ордена.

Кроме того, командорские, или большие, кресты Мальтийского ордена получили граф А. А. Безбородко и князь А. Б. Куракин, подписавшие вместе с графом Литтой Конвенцию. Русскому приорству ордена Святого Иоанна Иерусалимского был пожалован дворец, принадлежавший канцлеру графу Воронцову. Его стали называть „замком мальтийских рыцарей".

Возможно, описанные выше события так и остались бы в истории России курьезным эпизодом, если бы не бурные события на европейском театре военных действий. В июне 1798 года на пути из порта Тулон в Египет французский флот, на кораблях которого находилась армия под командованием генерала Бонапарта, бросил якорь у острова Мальта. Бонапарт действовал решительно, а малочисленный гарнизон и рыцари ордена Святого Иоанна не могли оказать действенного отпора. Между французами и орденом была подписана конвенция, в соответствии с которой Мальта переходила под суверенитет Франции, а рыцари должны были покинуть остров в течение трех дней.

На это последовала быстрая реакция в России. 26 августа 1798 года в „замке мальтийских рыцарей" на Садовой улице в Петербурге собрались кавалеры великого приорства российского. Они протестовали против захвата Мальты Бонапартом, осудили Великого магистра барона Гомпеша за сдачу острова без боя и объявили о его низложении. Тут же постановили обратиться к императору Павлу I с просьбой принять орден Святого Иоанна под свой патронаж.

Эти решения граф Литта представил императору в Гатчине, где 10 сентября состоялась их встреча и ратификация актов великого приорства российского. Таким образом, Павел I принял „всех благонамеренных членов ордена под свое высочайшее руководство". Петербург был объявлен штаб-квартирой Мальтийского ордена, рыцари всех „языков" и приорств приглашались в Россию, президенту Академии наук барону Николаи поручалось в издаваемом календаре обозначить остров Мальту как „Губернию Российской империи". Барон Гомпеш, узнав об этом, пытался протестовать, называл лживыми и незаконными решения великого приорства российского, но не преуспел в этом. События продолжали развиваться стремительно. 27 октября, вновь собравшись, члены великого приорства российского постановили: „Мы, бальи, рыцари Большого креста, командоры, рыцари великого приорства российского и другие члены Иерусалимского Ордена Св. Иоанна, собравшись в Санкт-Петербурге, столице и резиденции нашего Ордена, как от нашего имени, так и от имени других языков и великих приорств в общем и от каждого из его членов, в частности тех, кто присоединится к ним в крепкой приверженности к Ордену, провозглашаем Его Императорское Величество императора и самодержца Всероссийского Павла I великим магистром Иерусалимского Ордена Св. Иоанна ". 13 ноября 1798 года император Павел I объявил о своем согласии принять титул Великого магистра Мальтийского ордена. Граф Литта был пожалован лейтенантом (помощником) Великого магистра. В этот же день императором были подписаны три именных указа, которые касались деятельности ордена.

© Георгий Вилинбахов
http://history-gatchina.ru/paul/malta/vilinbahov2.htm



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником
Категории ВИДЕО »